ДЖЕРЕМИ КЛАРКСОН
РИЧАРД ХАММОНД
ДЖЕЙМС МЭЙ
В ФИЛЬМЕ
«ЛОХДАУН»
Здравствуйте, вы смотрите The Grand Tour.
На этот раз мы вещаем не с вершины вулкана
и не со дна морского.
Нет. Мы в городке Берик-апон-Туид, самом северном населенном пункте Англии.
И наша миссия - пересечь границу
и проехать через всю Шотландию до Внешних Гебридских островов.
Места, через которые мы проедем, - одни из самых красивых за историю сериала.
И, кстати, мы попытаемся ответить на очень важный вопрос.
Да. Вот этот вопрос. В Европе мы слушаем американскую музыку,
покупаем американскую одежду, пьем американское пиво,
носим американские солнечные очки.
Но американские машины так и не прижились.
Почему?
Чтобы попытаться понять, все мы купили по американской машине.
И вот что выбрал я:
Lincoln Continental Mark V длиной 5,8 метра.
Помните Джока Юинга из «Далласа»?
У него была такая.
Толстяк Фрэнк Кэннон, теледетектив, ездил на чём-то похожем -
это была Mark IV, почти та же модель.
И вот что это значит:
в детстве я каждую неделю видел по телевизору Lincoln
и говорил папе: «Папа, давай купим Ford Cortina».
Почему я не хотел вот такую?
Почему он ее не хотел?
Привет.
Это Buick Riviera.
О да!
Автоматическая крышка багажника.
- Мне ее закрыть? - Когда она открылась?
- Когда ты подъехал. - Это примочка.
Это легендарный Buick Riviera 1971 года, «хвост лодки».
Что?
Нет, я просто... Я поражен.
Дело в том, что мы спросили: «Почему у нас не прижились машины из США?»
Он в самой-то Америке прижился?
Вот в чём суть. Riviera была ответом Buick на Ford Thunderbird.
Они производили эту модель с 63-го. Она шла хорошо.
Она продавалась, но не так, как Thunderbird.
И в 71-м они решили: «Сделаем нечто поразительное,
нечто по-настоящему выдающееся».
И вот результат. Машина никому не понравилась.
В буквальном смысле!
В рекламе говорилось: «Она ни на что не похожа».
Американцы сказали: «Ладно».
Но моя - знаменитая. Джок Юинг, Фрэнк Кэннон.
Клинт Иствуд.
- Правда? - Джефф Бриджес.
- Правда? - Да.
- У них она была? - Брюс Уиллис.
Брюс... Правда?
- Значит, эта - Фрэнк и Джок? - Да.
- А твоя - Брюс, Клинт и Джефф? - Да!
А мы в то время ещё носились по Европе и раздумывали, купить Allegro или...
У нас была Allegro Estate, когда это уже существовало!
Как думаешь, что купил Мэй? Я перефразирую.
Какую модель Cadillac купил Мэй?
Наконец...
после шестиметрового ожидания...
мы получили ответ на вопрос.
Машина прибывает на перроны четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять и десять.
Мэй?
- Да? - Мы знали, ты купишь Cadillac.
Это не просто Cadillac. Это Cadillac Coupe DeVille.
- Правда? - Всем кадиллакам кадиллак.
Честно, на нём я почувствовал себя Элвисом Пресли.
Мертвым на унитазе?
Боже, сколько бордового может быть в одной машине?
Как номер в американском мотеле.
Наверное, истощен весь мировой запас бордового.
- «Какого цвета сделаем сиденья?» - «Бордового».
- «Щиток?» - «Бордовый».
- «Хорошая мысль». - Но рычаг,
кнопка на конце переключателя круиз-контроля...
- Они бордовые. - ...бордовые. Да.
Я надеялся, вы этого не заметите.
Отвалилось, что ли?
Мне придется признать, что я немного сглупил.
Я ехал сюда
и заметил в зеркале какой-то мусор, летящий по дороге.
Я сказал себе: «Удивительно.
Этот мусор такого же цвета, как моя машина».
Но что это, возможно, кусок моей машины, я не подумал.
Надо сыграть в игру «у кого больше».
- Двигатель? - Да?
Восьмицилиндровый на 6,6 литров.
- Прелесть! - 6,6...
- Что? Ничего не прелесть. - Это заводит двигатель?
- А твой двигатель насколько велик? - 7,5.
- 7,5 литров? - 7,5 литров, восемь цилиндров.
- Говори. - 8,2.
Восемь?
8,2 литра. Это самый большой V8 в истории серийных автомобилей.
- 8,2 литра. - Ну ладно.
Эта машина явно эффективнее. Сколько лошадей?
У моей?
Сто девяносто.
- Не думаю, что лошади важны. - Сколько?
- 181. - И всё?
Да. При 6,6 литра. Я не знаю, как им это удалось.
А мое корыто с V8 на 7,5 литра обладает мощностью в 250 лошадиных сил.
- Двести пятьдесят? - Да.
- Это ракета. - Зачем ты...
THE GRAND TOUR ШОТЛАНДИЯ
Стремясь скорее пуститься в путь навстречу важным открытиям,
мы завели Lincoln весом в 4,5 тонны,
Buick весом в 7,7 тонн
и гору Бордо...
и поехали.
Вот она.
Шотландская граница.
Въезжаем в Макшотландию.
Моя машина возвращается на родину, ведь м-р Бьюик был шотландцем.
Ты едешь домой!
Джереми Кларксон,
ты в курсе, что твоя машина шлепает губами на ходу?
Нет, я не в курсе.
Передний бампер от моего сиденья в десяти километрах.
Мы гнали вперед, пораженные тем, сколько же всего мы упустили в детстве.
Я помню, что в 1970-м
обогреватель в Austin был дополнительной опцией.
А в этой машине - электрическая регулировка сидений,
стеклоподъемники, поворотники, круиз-контроль...
Даже у звездолета «Энтерпрайз» не было круиз-контроля.
Вы только посмотрите: автоматический климат-контроль.
Можно поставить в экономный режим, в режим автонастройки или в режим би.
Режим би. Мы бы даже не поняли, что это означает.
Если бы в 1970-х мне показали стекло,
которое поднимается с помощью электричества,
я бы упал в обморок.
Зацени мои фары.
У меня на фарах гаражные ворота.
На что было бы похоже мое детство,
если бы я прохлаждался на заднем сиденье
вот этой машины, а не Ford Anglia с дырой в полу?
Мой отец был бы моим героем,
я бы смотрел в будущее с оптимизмом.
Да.
По мере приближения к предместьям Эдинбурга
нас почтили традиционным местным приветствием.
Идет Макдождь. Предсказуемо.
Давно мы въехали в Шотландию? 20 минут назад?
Шотландская полиция не может сказать: «Тебе кранты, солнце».
Ведь здесь никто не знает, что это такое.
Плохо. Плохие новости.
Потом мы решили отправиться в центр города...
и посмотреть, как наши машины справятся с крутыми узкими булыжными улочками.
Погодите минуту.
О боже!
Это невозможно.
Проблемы с моим дурацким дифференциалом скоро привели к другим трудностям.
Это я. У меня радиатор перегрелся.
Парни, у меня радиатор кипит.
Чёрт. Как у Джона в Монголии.
После того как я наконец покорил холм,
Хаммонд долил себе драгоценной шотландской воды.
За мыслями о том, как же Кэннону удавалось раскрывать преступления,
мы снова пустились в путь по центру города.
Боже всевышний. Видите, что там перед нами?
Ага.
Точно.
Тебя ждет испытание, Кларксон.
- Как... - Класс. Машина тоже.
Далеко я от стены?
Примерно вот так.
Так, надо признать, моя машина великовата для Эдинбурга.
Думаю, в этом виноват скорее Эдинбург, чем машины.
Никаких шансов.
Что, если мы временно передвинем этот бак?
Значит, если я сдам назад...
Ты можешь обойти и подтолкнуть...
Мой радиатор кипит!
- Кипит. - Боже.
О нет.
Он поет предсмертную песнь.
Помогите!
Отойди.
Отправив Хаммонда искать воду по всей Шотландии,
я протиснулся через зазор
и поехал покупать нам вкусные напитки.
Так. Вот что здесь случилось: дверь не открывается по причине двери.
Как это случилось? За что она так со мной?
Как в нее влезал Фрэнк Кэннон? Я не могу в нее сесть.
Ловко.
Красота.
- Он не блокировал проход. - Он стоял там, чуть дальше.
- Правда? - Он стоял дальше.
- Второй был впереди этого. - Поставим его вот так.
Как мне...
Я не могу...
Весь край отвалился.
Установив, что на американских машинах по центрам городов ездить проблематично,
мы вернулись на трехполосное шоссе.
Красиво - мост в тумане. Посмотрите!
И вскоре мы прибыли на место нашего второго испытания...
На шотландский Нюрбургринг.
Это Брикъярд, это Монца,
это ужасающий Нокхилл.
Идея очень проста.
Мы используем шотландскую машину, чтобы определить базовое время,
а потом попробуем проехать быстрее на двухдверных купе с двигателями V8.
Единственная проблема - какую шотландскую машину взять?
Imp в стиле 911 с задним двигателем?
Или Talbot? Или Avenger?
Или AC ME с трехлитровым двигателем?
Или маленькую Scamp?
Это действительно праздник скорости и мощи.
После долгих раздумий мы сошлись на «заряженном» Hillman
и усадили за руль нашу старую подругу.
Поехали. Это один круг с хода. Вот что будем засекать.
У этой машины двигатель на 1,5 литра с большими клапанами.
Заниженная передняя подвеска, мощная задняя подвеска, 93 лошади.
Максимальная скорость? 174 км/час.
- Ей нужно больше передач. - Да.
Да, вот чего не хватает.
Это вершина шотландского качества 1970-х.
Вот она едет.
Эбби пересекла финиш с показателем 1:13.98.
Потом, переустановив секундомер,
я выпустил на свободу свой детройтский кусок тяжелого металла.
Надеюсь, перед финишем я смогу увеличить скорость до 113 км/час.
Не получилось. 109. Сойдет.
Поворачиваю.
Боже правый.
Я немного провалился на пассажирское сиденье. Это одно из...
Боже! Я теперь...
И проходим поворот.
О нет, меня, кажется, слегка занесло.
Но я вернулся на трек.
О нет, мое сиденье провалилось.
Сильное сцепление.
Давай!
Поддадим скорости и мощи.
Сто двадцать! Почти 130!
После этого праздника непослушания рулю
мы подумали, что Cadillac Джеймса с двигателем на 8,2 литра будет быстрее.
Тем не менее...
Ну же!
Не верится, что такой большой двигатель может застопориться.
Эта проблема вкупе с манерой Джеймса тормозить на поворотах...
Написано, что надо тормозить, и я последую совету.
...а также его знаменитая способность запоминать карту трека...
Что тут? Не помню.
...стали причиной довольно скучной гонки.
Здорово.
Пришла пора Buick вернуть Америке былое величие
усилиями автоконструктора Кэрролла Шелби.
Отличная скорость - 120 км/час. Пересекаем стартовую линию.
Здесь просто покатимся.
Машина плохо слушается руля.
Как американские машины в кино - именно то, чего я хотел.
Я... Да.
Проехав наши круги, мы решили проверить, удалось ли американской огневой мощи
одолеть шотландский Hillman.
Наше базовое время...
- Да? - 1:13.98.
- Джеймс Мэй. - Да?
1:31.99.
На 17-18 секунд медленнее, чем Hillman Avenger.
- А в твоей на семь литров больше? - Да.
Мое время - 1:21.47.
- Батюшки. - Ричард Хаммонд.
- Да? - Минута...
восемнадцать...
- целых и 77 сотых. - Что это доказывает?
Интересно. Я думал, моя быстрее.
- Я не думал, что моя быстрее. - Ты медленно ехал.
Я не смог из нее выжать больше. Она просто удобная.
У тебя в машине есть один датчик - спидометр.
- Да. - Это ненужная вещь.
- Да. Машине он не нужен. - «Меня это не интересует».
Но, думаю, забавно то, что на первом кругу
тебя здорово заносило, но ты ничего не сбил.
- Да! - Боже, и правда.
И твоя машина не вверх тормашками.
- Поаплодируем этому. - Спасибо.
Ричард Хаммонд.
Мы занимались этим много лет, и я наконец достиг...
Обычно в это время медик уже срезает с него брюки.
- Да. - И его везут в больницу.
А я звоню его жене: «Привет, Минди. Да, знаю...»
- Опять. - «Он снова разбился».
СМС от м-ра Уилмана.
«Судя по всему, появился какой-то вирус».
- О нет. - Где он был?
- Ему снова кто-то показал газету. - Он опасен, когда читает новости.
«На ночь в гостинице остановиться нельзя.
Поэтому я нашел вам на треке альтернативное жилье».
Где?
МЭЙ - КЛАРКСОН - ХАММОНД
Батюшки.
Дома на колесах - это может быть весело.
Обустроившись, мы сели за стол, чтобы отведать шотландских блюд,
приготовленных нашим шеф-поваром.
- Что это? - Отбивная.
- А это что? - Зеленый горошек.
А это?
Морковь, кажется.
- Большое спасибо. - Морковь в кляре?
- Да. - Это не морковь! Это колбаска!
Может, и так. Там где-то была колбаска.
Вкусно, да?
Я так и чувствую, как становлюсь здоровее.
- Да. Мое сердце благодарит тебя. - Как на вкус горошек?
- Горошек? - Это комок из горошка.
- Да. - Так его намного легче есть.
И правда. Горошек трудно есть, но когда жаришь его вот так...
Подчеркивается сладкий вкус горошка.
После того как мы доели ужин и нас вырвало,
мы решили посмотреть мотогонки на ноутбуке м-ра Уилмана.
Сколько же он заказал? Это ни за что не влезет.
Вы заметили клавиатуру м-ра Уилмана?
Посмотрите на А...
Она стертая. А также Н и Л.
Может, он часто пишет своему другу Алану.
Точно.
Так вот, я знаю, многие зрители решат,
что было глупо соревноваться на наших янки-танках
с европейской машиной на европейской трассе.
Конечно европейская победит. Но дело вот в чём.
- У этих гонок есть история. - Да. И чудесно то,
что на гоночной трассе Гудвуд всё еще соревнуются...
- Взгляните. - ...на машинах 60-х.
Вот. Здесь много разных моделей.
- Вот большой Studebacker. - Он тяжелый.
Вот это - Ford Galaxy.
А дальше - две Lotus Cortina. И еще Mini.
Гонка просто захватывает дух.
Вы посмотрите!
Посмотрите на четырехколесный дрифт Lotus Cortina.
Значит, у Lotus Cortina было 130 лошадей?
- Да. - А у Galaxy сколько?
- 425. - 425?
Это совершенно очевидно. Вот. Приготовились.
Он соревнуется со здоровенной Galaxy. «Смогу ли я обогнать ее?»
- «Нет!» - Смотрите, как мчит! Он уехал!
- У него мощность больше. - Он приблизился на повороте.
«Попробую еще раз. Не сдамся».
И как только он откроется - он умчится.
- Вот теперь. - Просто унесется.
Американские машины, как и наши,
- не медленнее... - Нет.
...европейских машин на треке, ведь они быстрее на прямой трассе.
Вот Mini! У нее около 130 лошадей, и всё!
Всё равно что терьер против добермана. 425 лошадей против 130.
- Вот снова он. - Пока!
- И машет. - Он ему машет.
На следующее утро нам сообщили, что по причине COVID
мы должны взять с собой наши дома на колесах.
И вот, пока мастер ставил буксирные тяги,
мы занялись их внешним видом, чтобы они стали стильными, как и машины.
Чтобы подчеркнуть и выявить американский характер моей тачки,
я превратил свой дом на колесах
в самый американский и крутой из всех существующих домов на колесах.
Это Airstream.
Вы только посмотрите! Да!
У меня машина с низкой подвеской.
Дом на колесах весьма стильный.
Он большой - на полметра длиннее лондонского автобуса.
Но не такой спортивный.
Надо признать, это настоящий ретро-шик.
Нет, это дом на колесах, обмотанный фольгой без видимых причин.
Этот человечек совсем запутался.
У меня, зрители, возникла лучшая идея.
Проблема с домами на колесах в том, что они уродливы.
И паркуются кучками на полях.
Как масса белых коробок. Как пищевые контейнеры.
Так что я раскрасил свой дом на колесах в черно-белый
и приделал к нему вымя.
У него и правда вымя!
Сопровождаемые огромным конвоем съемочной группы...
...мы упорно ехали вперед сквозь беспрестанный каледонский ливень.
Можем остановиться на заправке? У меня бензин на исходе.
Не знаю, куда он у тебя ушел на треке,
но да, мы найдем заправочную станцию.
Очень по-шотландски!
- Стало очень-очень холодно. - Настоящая Шотландия.
Да.
Определив расход своей машины
в четыре литра на 13 км, что донельзя экологично,
Джеймс объявил, что пришла пора его утренних омовений.
Это означало, что ему нужно было припарковать машину на стоянке.
Нужно направить то крыло вон туда.
Это направится туда, или что-то в этом роде.
Что он делает? Как ему удалось так далеко загнать...
В его защиту надо сказать, что стоянка маленькая.
Решив, что сойдет и так,
Джеймс отправился делать свои дела.
А мы, как обычно, стали ждать.
Я теряю по часу в день, ожидая, пока он закончит...
За это время можно жаркое сделать.
- Прочитать газету, решить кроссворд... - Если он решает его...
Да, я бы сказал, у нас час.
Что?
Блестящая идея.
Зачем пожарным машинам нужны такие длинные шланги?
На случай, если пожар далеко.
Верно.
Это...
Скажем, прокладка на крыше протекала.
Да.
Если вы только что включили нас,
нам будет трудно объяснить эту историю.
Он, наверное, еще занят кроссвордом. Знаешь, почему на войне кричат «ложись»?
- Да. - Нет.
Представляешь его пилотом Hurricane?
Нет.
Думаю, хватит, Хаммонд.
Мы думали, что Джеймс обнаружит нашу проделку после отбытия.
Но нам не пришлось так долго ждать.
Он будет зол!
Господи!
В твоем доме на колесах был открыт люк.
- Да. - Какие же вы шутники.
Хоть я и восхищаюсь вашей изобретательностью и трудом,
в такой день это был удар ниже пояса.
Я и так был мокрый. А вы могли бы вытащить мои вещи.
Правда, забавно, как трое людей могут по-разному смотреть на одно и то же?
Я думал, идея отличная.
Я тоже. А твои вещи в основном всё равно резиновые.
О боже, из него капает вода.
Почему мое лобовое стекло протекает?
Мне совершенно наплевать.
Через несколько километров мы свернули с главной дороги
и направились к далекому центру Шотландии, чтобы провести научные исследования.
Так вот, нам правда нравятся наши машины.
Они обаятельные и интересные.
У Джеймса и Ричарда сейчас есть американские машины - Tesla.
Но мы вовсе не говорим, что все американские машины хороши,
поскольку это не так.
Некоторые из них ужасны.
И вот что мы делаем сейчас: едем в шотландскую глубинку
провести важный эксперимент и ответить на вопрос...
Кто производил худшие машины:
Советский Союз или американцы?
Советский Союз у нас представляют
«ФСО Полонез 1.6»,
«Лада Рива 1200»
и «Застава ГТЛ 55».
А Соединенные Штаты Америки
представляют Chrysler Voyager,
Chrysler PT Cruiser, от которого меня тошнит,
и Pontiac Aztek.
Вот что мы сделаем: устроим гонку по этому полю.
Мы трое будем на американских машинах, а трое наших младших,
то есть заменимых сотрудников поведут советские машины.
Правила просты. Кто первый выбывает - тот и победитель.
- Постой, ты ошибся. - Что?
«Первый выбывший - победитель»? Нелогично.
Вполне логично.
Еще ни на одной гонке первый выбывший не побеждал.
Мы пытаемся найти худшую машину. Худшая сдохнет первой.
- Вообще-то... - Да.
Он прав.
Тогда проигравший победит.
- Да. - Понятно.
- Так. - Хорошо.
И вот, под покровом легкой измороси,
началась холодная война среди машин.
Это, зрители, на самом деле первый в мире минивэн.
Важнейшее, что вам необходимо знать, - это то,
что по европейскому тесту лобового столкновения NCAP она набрала...
Где рычаг передач? Его нет. Ноль.
Единственными, кто покупал эти модели, были офисные работники,
у которых на столах надписи: «Для работы тут не надо быть чокнутым,
но это помогает».
У меня двигатель V6 на 3,4 литра и тормозная мощность 185 лошадей.
Больше хороших новостей нет.
Всё остальное в этой машине отвратительно.
В 2000 году, когда ее выпустили,
машину показали аудитории - и люди ахнули,
а потом рассмеялись.
Когда Уолтеру Уайту из «Во все тяжкие» дали такую машину,
машину подбирали так же тщательно, как и актера.
Его хотели показать неудачником.
А ничто так не выдает неудачника, как Pontiac Aztek.
«Лада»!
Тогда я решил: чтобы выиграть эту гонку,
мне надо бить другие машины и надеяться, что я сломаюсь первым.
Вот я еду.
Чёрт! Не очень хорошо вышло.
Вскоре моих коллег посетила та же мысль.
Вот тебе.
Хаммонд пытается разбить Aztek.
Но понять невозможно. Так уж он выглядит.
Мне нужно каким-то образом врезаться в Aztek так, чтобы разбить свою машину.
Вот оно! Авария!
Есть!
О нет, PT Cruiser жив!
Я продолжал бросаться на тяжелый Aztek.
И бросался, пока не достиг результата, прямо противоположного желаемому.
Он сдох.
Сейчас, я думаю, двигатель явно горит.
Господа, у нас победитель.
О нет. Нет!
Да!
Потом смертельная схватка началась за второе место.
Ах ты гаденыш коммунистический.
Вижу цель.
Авария!
Вскоре я снова получил неправильный результат.
Нет!
Он сломался.
Сильный был удар.
Почему моя машина всё еще на ходу?
Всем нам известно: это худшее творение человека.
Ну же, разбей меня. Выведи меня из строя.
Эта ФСО - крепкая машина.
Да! Вот это другое дело.
Сильный был удар.
Но, опять же...
ФСО сломалась?
ФСО сломалась и вышла из гонки?
Это катастрофа!
И, что ухудшило ситуацию...
Нет, Мэй напортачил.
Остались только мы с Джеймсом.
Две модели Chrysler бьются за честь занять последнее место.
Обе машины слишком повреждены, чтобы догнать друг друга.
Нам оставалось только ждать, чтобы увидеть...
кто сдохнет первым.
Ломайся!
Загорись! Перевернись! Мне плевать! Просто сломайся!
Этот писк - датчик температуры. У меня мощность падает.
Да, у меня радиатор кипит. Кажется, выкипает.
В любую минуту двигатель сдастся.
Похоже, я потерял третью передачу, которая пригодилась бы тут.
Передачи не переключаются. Думаю, с меня хватит.
Нет! Но мой... Посмотрите на мой датчик температуры!
Нет!
Нет, не может быть.
Нет, я с этим не смирюсь.
- Привет. - Сломался или притворяешься?
- Нет, я сломался. - Нет, я хотел, чтобы моя была худшей.
Да.
Оказывается, что она и правда пришла последней.
Это шестая худшая в истории машина.
- Минуту. Я забыл правила. - Что поделать?
- Победил - проиграл. - Знаю.
Я еще на ходу - я проиграл.
Вместо того чтобы тратить час и снова объяснять правила Джеймсу,
мы объявили Aztek победителем...
и с Хаммондом в роли штурмана
поехали обратно на автостраду А9.
Так, мы ищем чертовски большую дорогу.
Но мы еще и понять не успели, что потерялись,
как мой Lincoln начал делать то, чего PT Cruiser делать не хотел.
Почему мой двигатель...
У меня серьезные перебои в зажигании при подъеме на холм.
Ну же.
Ну же, машина, прошу тебя.
Поэтому мы остановились на ферме, чтобы я смог провести кое-какой ремонт.
Я посмотрю, что там с карбюратором.
Пока я доставал свой богатый набор инструментов,
Джеймс пошел ставить чайник.
- Спасибо. - Чашку чаю?
- Что? - Ты очень мил.
- Надо сказать... - Хотите печенье?
- В тему. - И правда.
Что - в тему?
Точно.
Мой дом на колесах.
Так-то лучше.
В конце концов я закончил ремонт.
Сломано.
Тебе тут еще пару часов ковыряться.
Почему не надевается? Это нелепо.
Последнее, что я помню, - мне было за 30.
- Да. - Под 40.
И вдруг я оказался в поле, наблюдая за...
Как это возможно?
Блеск.
- Да! - Прекрасное ощущение от достижения.
- Теперь надо... - Куда нам ехать?
- Телефон не ловит. - Не ловит.
Надо найти автостраду.
Это...
Чего нельзя в Шотландии - так это
- ориентироваться по солнцу. - Да.
- По облакам не выйдет. Они движутся.
Может, наугад поедем?
Решив выбрать этот вариант, я столкнулся с парой мелких препятствий.
О боже.
Но вскоре мы снова были в пути,
и нас снова вел Следопыт Хаммонд.
Скоро доедем до Т-образного перекрестка, а там...
будет уже не тропка, а дорожка, а потом - большая дорога.
Потом всего этого не случилось.
Там яма.
Судя по всему, Хаммонд привел нас на особый отрезок ралли.
Это А9?
Нет. Тут нет дорожных камер.
Это признак того, что мы не на А9.
О нет! Чёрт.
Что такое?
Простите! Это была умора!
Итак, дамы и господа, чего не хватает этой картинке?
- Это была сказка. - В жизни ничего подобного не видел.
Фаркоп отвалился?
- Да. - Фаркоп отвалился.
Батюшки.
Это было бы абсурдно в мультике про Тома и Джерри.
А если бы это случилось на А9?
На нас бы накричали.
Где я буду спать сегодня?
Вон там. Там твой дом на колесах.
Мы решили бросить мой дом на колесах и снова пустились в путь...
ведомые Ричардом Сусаниным.
Значит, он едет в гору
и думает, что найдет А9 на ее вершине.
Умора, Хаммонд.
Здесь хвост виляет собакой.
Боже, что-то не так.
- Слишком быстро едешь по гравию? - Да.
Я не могу удержаться. Гравий.
Ну, если ты отделишься...
Да, он так и сделал.
Ты отделился? Да.
Значит, это... Да.
Если ты выберешься, Хаммонд...
- Да? - Вот так.
- Нет! - Сработало.
Ну, я его отцепил.
Ты свободен... Теперь твоя машина выедет.
Она застряла.
Она на баке с топливом. Смотрите.
Вот расклад. У нас остался один дом, и в нём всё мокрое.
Да, весьма сырое.
В гостиницу не заселиться, даже если бы мы ее нашли.
А мы ее не найдем.
Что, если...
мы переночуем в замке?
Правила не запрещают ночевку в замке.
Но тут нет замка.
Мы в Шотландии. Через 300 метров будет замок.
Он прав. Они все пустуют,
никому нельзя использовать вторые дома,
а замки - всегда вторые дома.
- Если только ты не из королевской семьи. - Может, он прав.
- Только надо найти замок. - Найти замок.
Приняв это решение, мы вытащили Хаммонда из канавы...
и поехали искать замок.
Джеймс Мэй, я не думал, что когда-либо скажу тебе это,
но у тебя отвалилось вымя.
Больше не говори мне такого.
Дорога была очень ухабистой.
Чтоб тебя.
Какого чёрта?
Блеск.
Я повредил днище.
Но, к счастью, всего через три километра...
мы нашли то, что искали.
Да. Это идеально.
Мы устроились на ночлег в чужом замке.
А на следующее утро, налюбовавшись видом из окон...
Джеймс пополз на кухню, чтобы снова сразить нас своей стряпней.
Это, по сути, составные части кеджери, жаренные в кляре.
Вот тут копченая селедка, рисовый шарик и яйцо.
- Всё - жаренное в кляре? - Да.
- Кушайте. - Я заинтригован.
Чудесно. Ты молодец.
Так вот, на этом задании нам, как вы знаете, надо было...
Что?
Интересный вкус.
- Проблематично. - Но селедка вкусна, не так ли?
Я люблю селедку и кляр.
А еще я люблю зефир и карандаши.
Но я не хочу есть всё это под видом липкого комка.
Я тут подумал.
Мы не должны были красть чужой дом
и жарить всё, что под руку попадет.
Мы выясняем, почему американские машины...
- так и не прижились у нас. - Да.
Этот масштаб отторжения... В 1970-х годах
мы, британцы, купили девять с чем-то тысяч американских машин.
Девять с чем-то тысяч, так?
- А советских машин купили 247 000. - Да.
Успеху советских машин в Британии во многом помогла
Народная республика Южный Йоркшир.
«Лады» покупали в основном там.
Да.
И что мы установили на данный момент? Нам нравятся наши машины.
Я в восторге от своей.
Я тоже, но у них недостатки.
Они большие.
- Здоровенные. - Да.
Во многих местах Британии им трудно маневрировать.
Да. А твоя еще и ненадежная.
Она яркая.
Но это наши машины.
Мы также установили, что машины поменьше, вроде PT Cruiser,
Aztek и так далее - худшие машины - оказались худшими машинами в истории.
Вёдра с гайками.
Но вот в чём дело.
Нельзя забывать,
что в Америке делали также и крутейшие тачки.
Вдохновившись этой старой рекламой,
мы выбрали наши любимые маслкары.
А потом поехали на них покупать еще кое-что популяризированное Америкой.
Пиццу.
- А я говорю, можно класть ананас. - Нельзя.
- С ветчиной. - Нужна колбасони.
- Ветчина. - Без ананаса.
Я кое-что вспомнил. Знаете моего друга Джона?
Все зовут его Бродягой.
Он пригласил нас на самый настоящий охотничий уикенд.
Когда?
Ну, нам надо быть там через 37 минут.
Что? От пиццерии до Бродяги - за 37 минут?
Это невозможно.
Или возможно?
В прошлом было сделано много сказочных маслкаров,
но больше всех я люблю этот Mustang.
Mustang вошла в историю как машина, продавшаяся быстрее всех.
Этот рекорд так и не побили.
В первый же день было продано 22 000 штук!
Вот эта конкретная модель - GT500, сконструированная в 1967 году,
и я не припомню другой машины,
которая больше подошла бы к настроению эпохи.
Цветное телевидение только изобрели.
«Аполлон» только начинался.
Все мы слушали Sgt. Pepper, Fleetwood Mac и Джими Хендрикса.
Но в Америке семьянин мог купить семилитровый Mustang.
Это, зрители, Chevrolet Camaro Z/28 1969 года выпуска.
Это был ответ Chevrolet на Mustang, который они считали немного топорным.
И придумали кое-что более фигуристое.
Этот маслкар особенно сильно отдает деревенщиной.
Мы считаем, американцы этого не осознавали. Но я думаю иначе.
Они всё осознавали, но думали: «И пофиг. Хоть поржём».
Вот что было величием Америки тех дней.
Оптимизм, надежда, бесстыдное потребление.
Британия, конечно, увидела Mustang и все вдохновленные им модели,
такие, как вот эта, и решила попробовать свои силы.
В итоге мы получили Capri, модель с двигателем на 1,3 литра.
Почему мы были такими робкими?
Dodge Charger,
одна из моих любимых машин всех времен и одна из великих моделей.
В частности, эта версия второго поколения 1968 года,
известная после «Буллита» и «Придурков из Хаззарда».
Вы только посмотрите на нее. От нее веет легендой.
Charger был нацелен именно на молодежную аудиторию.
Нынче им подавай авто столь мелкое и пресное, чтобы казалось невидимым,
а двигатель - от точилки для карандашей.
В то время молодежи нравились огромные V8, воздухозаборники и раструбы.
Они были прикольные!
Что вообще такое самый настоящий охотничий уикэнд?
Понятия не имею.
Не думаю, что кто-то в мире знает,
что такое самый настоящий охотничий уикенд. Они все разные.
Парни?
Да?
Моя сдохла.
Хаммонд, можешь больше так не делать? У меня инфаркт случился.
Оказывается, что скоба дискового тормоза отошла и сломала колесо,
в результате коробку передач заело и двигатель взорвался.
Но, поскольку время шло,
мы с Джереми оставили самого невезучего водителя Британии и поехали дальше.
Это нелепость.
Всё равно что ехать в Барнард-Касл зрение проверять.
Но, несмотря на это,
нам всё-таки удалось приехать из пиццерии к Бродяге за 37 минут.
Мы успели.
О да.
Но, хоть мы и успели вовремя...
у нас возникла проблема.
Я не думаю, что мы вписываемся
в самый настоящий охотничий уикенд.
Ну...
Могло быть и хуже.
Что это на тебе?
Да, я знаю, я... перестарался.
Я потею от смущения.
Тебе повезло. После приключений в Аргентине я не потею.
- Правда? - Да.
- Не можешь потеть? - Вообще нет.
Меня вдохновила моя машина. Сбила с толку.
СМС от м-ра Уилмана.
Длинное.
«Вы наконец узнали
основную проблему обладания американской машиной в Европе.
Это стыд».
Мы не вписываемся.
Это немного...
Не к месту.
«Но если бы существовала община, где любители американских машин
могли бы жить бок о бок с людьми, разделяющими их страсть,
это не было бы стыдно.
Поэтому я создал городок на Внешних Гебридах,
где можно делать именно это. И туда вы поедете сейчас».
Значит, да. Нет, он имеет в виду нечто вроде группы анонимных наркоманов.
Ты едешь туда, зная, что все похожи на тебя.
Именно. Ведь если появиться здесь на таких машинах, как мы и сделали,
- одетые... - Правда же?
Люди скажут: «Боже всевышний, к нам приехали Даррен, Гэри и Кевин».
Но если это будет община...
Мы будем среди своих.
- Ты смог бы заказать бургер. - Да.
Можно класть сыр на всё.
- На выстиранном белье лежала бы клубника. - Да. Можешь сказать...
На тебя не посмотрят - все так делают.
- Все в одной лодке. - Блеск.
- Молодец, м-р Уилман. - Неплохая идея.
- Да, вдохновенно. - А я только что...
Я подумал...
Раз мы едем на этот остров, где всё американское
и все ездят на американских машинах...
то, может, сделаем наши машины более американскими?
Твой Cadillac - настоящая Америка, как орел, сделанный из сыра,
но сделай его более американским.
Мы их видоизменим и прибудем на остров
в очень американских машинах.
Он будет очень рад.
Сейчас я могу думать только об орле из сыра.
Два дня спустя...
мы пустились в путь длиной 300 километров
до гебридского острова м-ра Уилмана
НОРТ-УИСТ ВНЕШНИЕ ГЕБРИДЫ
на обновленных машинах.
Я расскажу вам, что я сделал. Я сосредоточился на ремонте частей.
Починил дворники.
Применил безводный хладагент, чтобы не было перегрева.
А еще, если присмотритесь, спереди
я установил огромный турбонагнетатель, который вы видите на капоте.
Он добавляет еще около ста лошадей.
А поскольку спереди я установил турбонагнетатель,
мне нужно было визуально сбалансировать его
для целостности картины.
Поэтому я установил сзади крыло в стиле Plymouth Road Runner.
Привет, зрители.
Я превратил свой Cadillac Coupe DeVille в машину с низкой подвеской.
На 7,5 сантиметров ниже спереди. На пять - сзади.
Спасибо мощным пружинам от Land Rover Defender.
Через всё днище сбоку идет выхлопная труба диаметром 6 сантиметров.
Эта машина и без того была классной, идеальной для отдыха.
Теперь она еще класснее и идеальнее.
Пожалуй, я сделал ее слишком низкой.
На этой штуке теперь мощные шины, и результат отличный.
Я также решил вопрос с мощностью, добавив азотный инжектор.
Очень прямолинейное решение.
Вместо того, чтобы смешивать бензин с воздухом до попадания в двигатель,
он смешивается с азотом и кислородом.
Испытаем его в деле. Включить систему рычажком.
Заполняется бак.
Зажигание!
Нет никакой... Почему нет никакой разницы?
Ты внес какие-то другие изменения в топливную систему,
кроме установки баллона с азотом?
Да.
Что ты сделал?
Много чего.
Он этого не сделал, да?
Ты изменил фазы ГРМ?
Я их усовершенствовал.
Что было бы, не измени я фазы ГРМ
и прочее?
Я думаю...
Да, ты бы обеднил топливо и, наверное, расплавил бы поршни.
Отсюда мне откроется прекрасный вид на взрыв,
если обзору не помешает мой нагнетатель.
Если не помешает обзору? Так твой нагнетатель тебе реально мешает?
Только в определенных направлениях.
Когда я, например, смотрю вперед - да, он блокирует обзор.
Он ничего не видит.
Потом я обнаружил еще одну проблему, которую могли вызвать модификации.
Это моя шина.
Это звук моих шин, цепляющихся за корпус.
Я правда облажался, да?
Мы продолжали путь на север
вопреки ставшей нам знакомой шотландской погоде.
Бог действительно напортачил с Шотландией, да?
Решил: «Надо же. Моя лучшая работа.
А теперь пусть постоянно идет дождь».
Он создал нечто прекрасное, а потом накрыл произведение
серой пеленой дождя.
Интересно то, что в исламской философии
творения людей не могут быть идеальными, ведь только Бог способен на идеал.
В христианском обществе мы считаем,
что Бог привнес несовершенства и недостатки в мир,
дабы нас не ослепила и не свела с ума его красота.
Джеймс, твои выхлопные трубы напустили дыма в салон?
Он начал это со слова «интересно»,
а потом на протяжении десяти минут говорил неинтересные вещи.
В итоге дождь всё же перестал идти,
а это означало, что мы полюбуемся чудным пейзажем...
...пока Хаммонд чинит свою машину.
- Что такое? - Топливный бак лопнул.
Думаю, этого нельзя отрицать.
- До деревни доберешься? - Наверное.
Там наверняка есть центр по сварке бензобаков.
- Заварить бензобак трудно. - Нужна осторожность.
Мне нужно найти что-то, чем можно его залепить.
Скотч? Изолента?
Интересное предложение - бензин растворяет клей.
- Да, предложение интересное. - Жвачка?
Между тем из моей машины вытекают все соки.
Решив проблему моей никотиновой жвачкой...
мы перестали любоваться далью и поехали в нее.
Мне правда нравится эта машина. Нравится ее нынешний вид.
Мне всегда нравился ее вид. Теперь мне он нравится еще больше.
Она чрезвычайно комфортна, а часы в ней - от Cartier,
очень красивые.
Эти часы трогают меня.
Трогают меня своей красотой.
Сколько машин мы сохранили после съемок наших телепрограмм?
Я оставил себе Оливера - Opel Kadett.
Я оставил себе Alfa, Bentley и Отличного.
Я сохранил только дюнный багги.
Выходит, мало, из сотен-то машин.
Кажется, я знаю, о чём ты думаешь.
Мне очень хочется оставить себе Lincoln.
Я не откажусь от Riviera. Я от нее в восторге.
А что же Cadillac?
Допускаю, да, он мне начал нравиться,
и я, возможно, даже люблю его, особенно после смены подвески.
Когда начали опускаться сумерки, мы нашли ближайший замок для ночлега.
И в ту ночь мы с Хаммондом решили заменить пропавший у Джеймса обтекатель колеса.
На следующее утро он был преисполнен благодарности.
Кларксон!
Это крайне халтурная работа.
Минуточку.
Две звезды США на твоей машине из США.
- Точно. - Он усовершенствованный.
Могли бы и приложить немного усилий. Что это за...
Просто... Вы просто ввинтили
уродливые винты-саморезы в мой Cadillac.
Но мы же его починили.
Мы поехали дальше к американскому острову м-ра Уилмана
и наткнулись на важный для автомобилистов страны участок дороги.
Так, это британский перевал Стельвио.
Эпплкросс.
Так он называется.
Это возможность узнать,
как наши машины справятся с горной дорогой.
Время научного эксперимента.
Я согласен. Это и правда научный эксперимент.
Так, поехали.
Господи. Боже правый!
Да, это проблема.
Я ничего не вижу - лобовое стекло затуманивается.
Да и один из дворников не работает.
Если бы я даже видел что-то, по другую сторону стекла
установлен турбонагнетатель, который мешает обзору.
Ничего не видно.
Да.
Эта конкретная американская машина испытывает кое-какие трудности
с этим конкретным британским участком.
Так, впереди крутой поворот.
Я умственно готовлюсь к трудной задаче.
И поехали.
Тормозим плавно.
Она вошла в поворот!
Густой туман.
Батюшки.
Что?
Как мы оказались на встречной полосе?
Мы сейчас въедем в облако.
В итоге мы доехали до перевала,
вышли полюбоваться знаменитым видом...
и пустились в обратный путь к подножию горы.
Чёрт, я съехал с дороги!
Вот так. А теперь...
Да. Когда этим утром я подумал,
что надо бы поехать по серпантину на двухдверных купе с двигателями V8,
картинка в моей голове была иная.
Надо было знать, когда надевал пальто.
Водители Формулы-1 не садятся в свои машины в пальто, так?
В тот же день мы доехали до острова Скай.
МОСТ СКАЙ
Мы пересекли мост
и сели на паром до острова Норт-Уист.
И уже в пути
начали обсуждать легкие философско-автомобильные вопросы.
Знаете, забавно то,
что когда видишь кого-то в американской машине в Британии,
ты сразу всё о нём узнаёшь.
Ты узнаёшь, что он балдеет от Трампа.
Что у него в гараже конфедератский флаг.
Он пьет только «Бад».
Но когда видишь кого-то на Fiat, не думаешь,
что он размахивает руками и у него странные отношения с мамой.
Или, в случае Volvo, что он любит голым скакать по снегу с соседями.
Точно.
Ты не делаешь выводов на основе национальности машины.
Нет. Но в случае американской машины - делаешь.
Ты совершенно прав.
Предположим, ты видишь классический Mustang,
скажем, темно-зеленого цвета, а за рулем сидит Ричард Хаммонд,
и видно только его лицо, едва высовывающееся из-за руля,
но ты всё равно подумаешь: «На нём ковбойские сапоги».
И это правда.
Единственное, чего он не делает, а должен бы
как любитель американских машин, -
он не играет в гольф.
Ага.
Что значит «ага»?
Ага.
- «Ага». - Не хочешь ничего нам сказать?
Я Ричард Хаммонд, и я недавно стал играть в гольф. Беру уроки.
- Серьезно? - Ага.
Я купил клюшки и беру уроки игры в гольф.
Два раза в неделю. На поле недалеко от дома.
Зачем ты стал играть в гольф?
Моим друзьям нравится. Я пошел с ними и попробовал играть.
- Это трудно. Очень. - Мне неинтересно.
Значит, я брал уроки.
У меня тут был такой интересный мыслительный процесс
с американскими машинами, но мой день внезапно испортили.
Человек, с которым я с удовольствием работал
последние 15 лет, - как оказалось,
чудак.
К счастью, на этом разговор был прерван,
так как мы добрались
до невероятного острова Норт-Уист.
Мы на Внешних Гебридах.
И следующий остров - это место, где м-р Уилман
построил свою общину для любителей американских машин.
Я в восторге от идеи места, куда можно поехать на американских машинах
и не стесняться их.
Как нудисты.
Они хотят носиться по округе голыми,
но этого нельзя делать там, где все ходят одетыми.
Глупо вышло бы.
Поэтому они идут к единомышленникам, где все делают то же самое.
В итоге мы добрались до берега в дальней оконечности острова.
Красота. Вы только посмотрите.
Прекрасный пейзаж, не так ли?
Это еще что за фиговины?
Что это?
Интересно, может, это сцена или зрительный зал.
Это пластмасса в море, нет?
- Куча пластмассы. - Смотрите.
Может, ее используют после COVID как сцену
- фолк-концерта... - Парни?
- Всё это вынесло на берег... Что? - СМС от Уилмана.
Да, значит, вот остров, где он построил общину.
Полагаю, эта шиповатая штука - ее часть.
- Видите? - Вон там?
Да.
Но, чтобы попасть на остров, нужно построить мост из этого.
Думаете, что-то вроде понтонного моста?
Они с воздухом - удержатся на воде.
Но машину не выдержат, так?
Может, если их будет много, то выдержат.
Значит, эти...
Вот эти соединены, смотрите...
А вот один из этих.
Да, это винты.
Они соединяют их.
Так я представляю себе ад.
Огромный конструктор!
Джереми, это как твои именины в Рождество!
Насколько шире машины он должен быть?
Сколько их у нас?
И мост должен быть чертовски длинный.
Все машины шириной два метра.
Два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять.
Меньше десяти футов.
Значит, твоя ступня - фут?
Не знаю.
Меня же больше интересовало то, как выглядит эта община.
Полагаю, что... Я пытаюсь угадать, что там будет.
Там будет мотель, и в каждом номере будут по две кровати
чересчур больших размеров с бордовыми покрывалами.
Будет спорт-бар с сотнями экранов,
и на каждом будет что-то другое, но не совсем.
Все будут болтать в лифте...
- В подъемнике. - Да.
- Класс. - «Рад узнать тебя».
- Так говорят в Америке. - Они желают доброго утра.
Ты не знаешь. Мы едва встретились.
- «Рад встрече»? - Я люблю беседовать.
Ты же американец...
Мы погрузились в работу...
Капитан Гайка заходит.
Это, наверное, завинчиватель.
...и мы с Джеймсом брали паузу, лишь чтобы поспорить.
Это не сработает.
Сработает. Я подсчитал...
- Приблизительно. - Математика, Джеймс, в море не действует.
- Действует. - Думаешь, получится?
Нет. Не думаю.
Опускаем.
О боже!
Так, это привязано.
- Хорошо. - Ты написал в свои сапоги.
Да. Это очень мужественно, не так ли?
- Это? - Да.
И не говори.
На третье утро наших трудов
мы дошли до этапа, когда нам пришлось взять лодку у местного жителя.
Что?
Так, вот в чём дело. Мы построили эту часть.
Хаммонд придет на лодке сюда.
И мы потащим ее до конца уже построенного участка,
а там прикрепим новую секцию.
План был прост, но потом выяснилось,
что Хаммонд не знает, как пользоваться лодочным мотором.
Потяни шнур!
Где шнур?
- Вверху... Вон там. Потяни его. - Есть.
Работает! Как мне на ней плыть?
Покрути эту штуку. Вот так.
Корабль королевских ВМС «Хаммонд» отплыл.
Не торопись. Иди на своей скорости.
Готов?
Первая задача - привязать.
Отлично. Теперь тащи меня.
Ну же. Сильнее.
Дайте мне сил.
Ты сорвал чертов держатель для удочек.
Веревку к нему привязал не я. Почему ты привязал ее...
Я не привязывал веревку к держателю, дурак ты набитый.
Так, готов? Отчаливаем.
Хаммонд снова перевернулся.
Что за... Боже. Как ему удалось...
Я тебя вытяну.
Как ни странно, после этого местные уже не хотели давать нам лодку.
И нам пришлось вручную тянуть новую секцию до ее места.
Посмотрите, я сам тяну стометровый кусок моста.
Вода очень скользкая, да?
Да.
Готов? Смотри туда, там можно соединить их. Вот так.
Работа продолжалась до конца дня.
Теперь нужно притянуть этот угол, так?
Вот оно.
И вот к раннему вечеру наш прямой, как стрела, мост был закончен.
А поскольку из нас троих только Джеймс думал, что мост нас выдержит,
мы с Хаммондом решили отправить его первым.
Показатели в норме.
Каковы шансы, что он пересечет мост?
- Минимальные, думаю. - Ничтожные.
О боже, дорога передо мной плавает.
О боже, посмотрите, как шевелится!
Мост тонет под его колесами.
Боже.
Странные ощущения.
Парни, не буду вам лгать, это опасная затея.
Вот он едет, а под ним
- десять метров воды. - На Cadillac.
Знаю, тут глубоко.
- Так глубоко, что моя лодка потонула. - Да.
Чёрт.
Кажется, моя выхлопная труба задевает мост.
Теперь я врезаюсь в собственный мост.
Думаю, он задевает днищем мост там, где он прогибается.
Умора.
Вы вряд ли это видите,
но с другой стороны колёса -
оба колеса - провалились в зазоры.
Я против тормозных колодок.
А еще случилось вот что: выхлопная труба теперь лежит на мосту,
а ее конец застрял в одном из соединений.
Машина застряла.
Решение есть, но тебе оно будет не по плечу.
Какое решение?
Езжай и помоги ему.
Это значит, что американская четырехтонная сухопутная яхта
окажется с ним на пластике в море.
Но поскольку Джеймс стал для нас огромным бордовым препятствием,
делать было нечего.
Подбавим мощности и скорости.
Чёрт. Задняя часть машины ныряет.
Боже, я полностью... Мой зад опустился. Я ничего не вижу.
Вижу, «Гром-птица» на подходе.
Воздух.
Действует.
Тебе придется хорошенько меня подтолкнуть и ехать вперед.
Да, Джеймс Мэй, я спешу на помощь.
Это не сработало. Попробуем что-то еще.
Я сдам назад, ладно?
И пущу волну.
Да?
Когда волна поднимет заднюю часть твоей машины, жми на газ.
Вот сейчас, она на подходе.
Езжай.
Твою ж за ногу.
Хаммонд, поможешь нам тут?
Так, кажется, я на мосту.
Хотелось бы мне видеть получше, чем сейчас.
Боже.
Я не хочу снова в воду.
Удивительно: водитель с мировым рекордом аварий доехал до нас без происшествий.
Джереми, я приехал. Вам помочь?
Хаммонд, у меня блестящая идея.
Говори.
Если мы оба поедем быстро и затормозим, пустив волну,
этого будет достаточно, чтобы он поехал.
Или это удвоит нагрузку, и мост сломается.
Но это наш единственный шанс, нет?
Я за. Только скажи, когда ехать.
Так, это реально... Тут нужно ехать с большой точностью.
Я готов.
Хаммонд, ты готов?
Я готов.
Моя машина не заводится.
О боже.
Что?
Докладываю обстановку: я мясо в сандвиче из некомпетентности.
Всё хорошо, она завелась.
Так, господа, мы готовы.
Три, два, один - давай.
Торможу.
Вперед.
Да!
Сработало, чёрт возьми.
Очень хорошо. Спасибо.
ПРИВЕТСТВУЕМ В ХАММОНДСБУРГЕ НАСЕЛЕНИЕ: 7 МИЛЛИАРДОВ
Надо же! Мой народ признал меня!
Думаю, это сделал м-р Уилман.
Да, это он.
Скорее бы посмотреть нашу общину.
Мы ищем городок в американском стиле, полагаю.
Это похоже на Оклахому.
Вы только посмотрите.
Коровы.
Это было удивительное путешествие через всю Шотландию,
через весь остров Скай, через весь...
Надо остановиться. У меня горят предупредительные лампочки.
Что-то не так. В моей машине воняет...
Джеймс, мы буквально...
Нет, я знаю, но не хочу облома в ста метрах от нашей общины.
Я хочу прибыть с блеском. Так что дайте мне пару минут.
Как он умудрился сломать ее на последней стометровке?
Вот ведь дурак набитый.
Я не могу открыть капот.
Хаммонд, у меня идея.
Мы ничем не сможем ему помочь,
так что поедем посмотрим на то здание со шпилями.
С радостью.
Вперед.
Боже, да это издевательство. Ну же.
Она не заводится.
Значит, они оба сломались в ста метрах от финиша.
Да, ладно, надо подумать.
Моя сейчас...
И она завелась. Вот так.
Проехав совсем немного...
я прибыл в нашу общину.
Очуметь.
М-р Уилман даром времени не терял.
Вы только посмотрите!
Лазерные догонялки. Мультиплекс.
Смотрите, спорт-бар!
И связь 5G на моём мобильном. Как такое возможно?
Странно.
Это что, MG?
Что она здесь делает?
Добрый вечер, бармен. Мне три пинты «Будвайзера» с сыром, пожалуйста.
В итоге мои коллеги присоединились ко мне.
Господа! Ваше пиво ждет.
И вот оно!
Постойте. Минуту. Насладимся моментом.
Да, я понимаю, о чём ты.
«Будвайзер»! Вот!
Знаете, у них только «Цзинтао».
- Правда? - Да.
- А «Миллер»? - Нет, только «Цзинтао».
Давайте закажем поесть.
Да, еду.
Еду - здесь. Послушайте... Не верится, что м-р Уилман это устроил.
- Я приехал домой. - Правда.
- Мой Riviera припаркован на улице... - Да.
- а я здесь! Всё хорошо. - Точно.
Это колоссально.
Я хочу... Жаркое из говядины и омара?
Нет, постой.
Сыр «монтеррей-джек». Я хочу такой сыр.
КИСЛО-СЛАДКАЯ СВИНИНА СУП ИЗ ПТИЧЬЕГО ГНЕЗДА
ДИМСАМ ЦЫПЛЯЧЬИ НОЖКИ
ПЕТУШИНЫЕ ЯИЧКИ РИС, ЖАРЕННЫЙ С ЯЙЦОМ
Что?
ЛАПША
Парни,
тут не только меню такое.
Здесь всё не такое, каким должно быть.
Странно.
Когда открылось это место? Неделю назад?
Но здесь уже всё...
китайское.
И на этой ноте ужасного разочарования пора прощаться.
Мы вернемся. Не знаем, где и когда, но мы вернемся.
Тогда мы с вами и увидимся. Спасибо за просмотр. До свидания.
Перевод субтитров: Анастасия Страту
Креативный супервайзер Владимир Фадеев